georg_flint

Category:

Воровский мир 40-50 годов ХХ века

Любимый многими фильм С.Говорухина
"Место встречи изменить нельзя".
-----------------------------------------------------------------------
Актёр Иван Бортник представляет нам блатного послевоенной эпохи, чаще и больше на юге России (Одесса-мама, Ростов-папа).

Хорошо сыграл Иван, только у него блатной какой-то трусоватый получился. Конечно, и такой тип мог существовать, но на публике, как правило, они были дерзкими, а не такими робковато-трусоватыми как в этом кинофильме.

Имеется в виду заключительный этап фильма со сценой ареста банды Горбатого, конкретно эпизод с выходом из подвала "Промокашки" (Иван Бортник), запевшего " а на чёрной скамье, на скамье подсудимых ..."
-----------------------------------------------------------------------
Вот эта блатная песня:
-----------------------------------------------------------------------
Дочь прокурора
-------------------------
Восемнадцать ей было, никого не любила,
Всё с каким-то презрением всё глядит на людей.
Не подарит улыбкой, не посмотрит, как надо.
И напрасно ребята увлекалися ей.

Но однажды на танцах к ней прилично одетый,
К ней прилично одетый паренёк подошёл.
Суеверный красавец из преступного мира,
Поклонился он Нине и увлёк на бостон.

Осмотрел он её со сноровкою вора,
Осмотрел он её, как козырную масть.
И прекрасная Нина, эта дочь прокурора,
Отдалася ему в его полную власть.

Сколько было тут слов, сколько было тут ласки,
Воровская любовь горяча и сильна.
Ничего он не хочет, ничего не желает,
Только тела красотки, только чашу вина.

Но судьба жигана изменяется часто -
То тюрьма, то свобода, то опять лагеря.
И однажды во вторник суеверный красавец
Он спалил на бану и её и себя.

Там за красным столом, одурманенный дымом,
Прокурор осушал за стаканом стакан.
А НА ЧЁРНОЙ СКАМЬЕ, НА СКАМЬЕ ПОДСУДИМЫХ,
Сидит дочка-красотка и красавец-жиган.
А НА ЧЁРНОЙ СКАМЬЕ, НА СКАМЬЕ ПОДСУДИМЫХ,
Сидит дочка-красотка и красавец-жиган.

Расставались они, расставались надолго,
И жиган попросил попрощаться с женой.
И уста их слились в поцелуе едином,
Лишь отец прокурор заливался слезой.
И уста их слились в поцелуе едином,
Лишь отец прокурор заливался слезой.

И уста их слились в поцелуе едином,
Лишь отец прокурор заливался слезой.

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic